Несколько слов о том, что все это такое. [↕]
Овсяная эстетика
Овсянка, Emberiza citrinella, размером с воробья птица золотистого окраса с удлинённым хвостом, обитает в лесах на опушках, вдоль железных и щоссейных дорог, полёт волнообразный.
Посмотрев N-ное количество фильмов, бравших в разные времена премию ФИПРЕССИ (специальная премия от прессы), я поняла, что эту премию получают действительно интересные фильмы, в какой-то степени выбивающиеся от основной программы кинофестиваля, и по тем или иным, зачастую необъективным, причинам не могут стать обладателями главного приза. Нашумевшие «Овсянки» пролетели мимо меня на «Листопаде», и, в расстроенных чувствах, я окунулась в просторы виртуальной сети в поисках данной ленты в приличном качестве.
С этим фильмом мы «сдружились» на неделю: решив посмотреть его без пауз и перерывов с начала до конца, я начинала его смотреть раз шесть, потом всё же ставила на «паузу», продолжала смотреть на следующий день, опять останавливалась...И всё же как-то раз осилила его полностью, после чего глубочайшее чувство разочарования пропитало мою человеческую и профессиональную суть. Причём разочарование это касалось как создателей фильма, так и тех, кто дал ему призы. А почитав некоторые хвалебные рецензии, я и вовсе смутилась: то, что является с культурологической точки зрения абсолютно отрицательными тенденциями, выдаётся в них за безоговорочные «плюсы». Попробую описать это кино, типизировать его всё же по жанру и объяснить, почему такие фильмы не нужны или, в худшем случае, почему их надо игнорировать. И начну с констатации того, что зря уделяю внимание такому фильму. Но, наверное, во мне сидит желание справедливости, и если хотя бы до одного человека ниже написанным я достучусь и одним восторженным мнением о фильме будет меньше, я буду рада.
Во-первых, это так называемая чернуха на экспорт. Россия как она есть, со странностями, медведями и голыми бабами (хотя с художественной точки зрения типаж главной героини Татьяны очень колоритен, и при виде её возникает желание написать её НЮ). Таких фильмов снят уже добрый десяток, причём среди них есть близкие к гениальному примеры, такие как «4» Хржановского-младшего и «Юрьев день» Кирилла Серебренникова. «Овсянки» же резко пахнут попыткой создания из фильма глубокой притчи, некого очень важного повествования, якобы пропитанного глубочайшими подтекстами, которое, на самом деле, не поддерживается многослойностью фабулы и по сути очень плоско. Это уже во-вторых. Да, можно вычленить три хронологические линии: время настоящее, в котором идёт повествование, время недавно прошедшее, супружество Аиста и Татьяны, время детства, в котором появляется Виктор Сухоруков, игрой своей вытягивающий из остальной апатии фильма. Но для притчи мало легко прочитываемых трёх временных сюжетов, в которых к тому же практически потеряны кульминационные моменты. Да, сжигание трупа невесты на морозе – это эффектно. Пожалуй, это и должно было быть кульминацией основной линии. Но меня лично этот момент не восхитил, а скорее ударил по сознанию своей недалёкой языческой прямотой. Намного больше импонирует лирический момент скидывания в прорубь печатной машинки отцом-Сухоруковым. Это кадр-символ, короткий и красивый, без лишних слёз и музыки.
В-третьих, доберёмся до главного – замысла автора. Данный фильм, поставленный по повести Дениса Осокина, должен повествовать о обычаях народа меря . У Осокина есть свой принцип написания романов, да, именно художественных произведений, а не документальных: факты реальные он переплетает с вымышленными, связывая их умело и прочно, занимаясь таким образом мифотворчеством. Что это такое? Приведу простой пример. Все знают Михаила Задорнова, фигуру в какой-то степени опасную для общества, пропагандирующего американскую тупость и превосходство русского народа над остальными. У него есть своя теория, следуя которой Задорнов даже написал книгу, где утверждается, что все языки мира пошли от русского. И в книге своей он приводит абсолютно абсурдные и дилетантские примеры человека, ничего про русский язык и его историю не знающего, примеры, которыми он утверждает русский язык как прародителя остальных языков. Простому человеку книга может показаться конгениальной, а теория – фактом и аксиомой. Это и есть самое страшное. Это и есть мифотворчество. Для людей сведущих оно не страшно ничем и может только раздражать при близком контакте. Для остальных же слово «творчество» в понятии мифотворчество пропадает бесследно и остаётся восприятие фантазии умелого мошенника как факта, как нового закона или научного открытия. В «Овсянках» происходит то же самое: реальные обряды и обычаи народа меря переплетаются с вымышленными автором сценами.
Кто-то из деятелей кино сказал, что если режиссёр не может ничего сказать фильмом, он пользуется закадровым голосом. И этот фильм – наглядный пример. Да, конечно, это постмодернизм с его разрушением всех классических правил, это личный стиль автора. Но в данном случае такие объяснения настолько же прочны, как и утверждение, что «незнаю» пишется слитно, потому что это авторский вариант написания. Всё равно у каждого стиля есть свои правила. Иногда отход от них рождает шедевры, но чаще всего – ширпотребный продукт.
Можно охарактеризовать этот фильм как роуд-муви, и тогда закадровый голос в какой-то степени оправдан. Но по всем статьям он как-то не дотягивает до вендерсовских повествований. Хотя работа оператора Михаила Кричмана несомненно вытягивает фильм на уровень дорожной истории. Но опять же Кричман - не открытие. Это оператор "Возвращения" Звягинцева.
С другой стороны, фильм где-то гротескно ироничен, причём ироничен весьма завуалировано. Яснее всего эта сторона ленты видна в моменте выступления хора, поющего песню с текстом: «Я сутра пошел в аптеку и купил мыльнянку там, а еще сухой калины и рябины килограмм. Топяную сушеницу и, конечно же, чабрец, кукурузных рыльцев ворох, птичий горец, наконец. Льнянку с листьями брусники, почки молодой сосны, мяты, пижмы, цвета липы, и кукушечкины сны. Одуванчиковы корни, можжевельника плоды, и еще сто двадцать пачек всяческой смешной травы. Все принес домой – и в баке тут же вместе заварил. Просто очень захотелось, чтобы запах лета был»
Мелодией, кстати, и словами она напомнила что-то из нашего Пукста. Ну не сюр ли это? А ведь в трейлере к фильму как раз есть этот и остальные более удавшиеся моменты. Знали же, что показывать в рекламе к фильму! И аплодисменты Тарантио, что абсолютное большинство людей приписало к «плюсам» фильму, абсолютно не показательны. Тарантино весьма своеобразен как режиссёр, и если в «Криминальном чтиве» он достиг расцвета своего жанра durty-иронии, то в «Бесславных ублюдках» он выродился во что-то манерное, нежели стильное. Так что восхищение фильмом одного режиссёра никак не может быть мерилом художественной ценности ленты.
А если слова «Венецианский кинофестиваль» всё же значат что-то заоблачное и вселенски значимое, то проанализируйте, как тот или иной объект попадает на фестивали в принципе. Схема везде одинакова: подаётся заявка – раз, платится определённый денежный взнос – два, ленту просматривает определённое количество человек-предварительное жюри – три. Если лента проходит, то дальше дело за малым – очаровать тут уже набившей оскомину русской «экзотикой» тамошних искушённых мэтров. Хочется надеяться, что в будущем российский кинематограф перестанет пользоваться этим методом. И заслуженные награды будут получать подобные Хамдамову, Муратовой и прочим лица. Режиссёр «Овсянок» Алексей Федорченко и Звягинцев с его просто откровенным подобием Тарковского (хотя, не скрою, очень качественно и добросовестно сделанным) – это пока что не новая волна. По крайней мере, для России. Для Запада – возможно. Но русский кинематограф способен на во много раз большее.
Написать комментарий
- Обязательные поля помечены *.
Все комментарии на нашем сайте проходят систему роботизированной премодерации перед тем, как они будут опубликованы. Поэтому, не удивляйтесь, если ваш комментарий не появился сразу после того, как вы нажали кнопку "Запостить". Это значит, что наш парсер нашел в вашем тексте запрещенные слова или выражения и отправил его на модерацию администратору.
Tichaa